В Ростове с особым цинизмом установили памятник барону Врангелю: Зюганов требовал

«Врангеля поставили на Дону в Ростове во время спецоперации — это плевок всем солдатам и командирам в лицо. – заявил Зюганов. — Врангель предал страну. Он продал французам и англичанам все, что только можно. Он подписал документы, по которым все порты Причерноморья, уголь, нефть – все будет на три четверти им принадлежать».

Семья одного из лидеров белого движения, «Черного барона» Петра Врангеля, прожила в Ростове как минимум 7 лет (по некоторым сведениям, дольше). Его отец купил особняк в Казанском (ныне Газетный) переулке в 1890 году, когда Петру было 12 лет. Когда юноше исполнилось 19, семья перебралась в Петербург. Особняк, который носит название «домик Врангеля», сохранился. Сегодня он принадлежит некому частному лицу. Недавно он был отреставрирован, и ранее планировалось, что в нем откроют музей Врангеля. Не исключено, что установка бюста генерала в учебном заведении была частью кампании по реабилитации Врангеля в глазах ростовчан.

Однако время и место для этой акции были выбраны крайне неудачно. Во-первых, дата – 7 ноября. То есть деяние было совершено, как сказали бы юристы, «с особым цинизмом». Сторонники левых и коммунистических взглядов (а в Ростове они традиционно преобладают) не могли не воспринять это как плевок непосредственно в их сторону. О каком уж «народном единстве» и примирении можно в таком случае говорить? Кстати, и дата сноса тоже была выбрана символическая — 29 ноября, день 82-й годовщины освобождения Ростова-на-Дону от немецко-фашистских захватчиков. Во-вторых, бюст был установлен рядом со зданием Второго Донского Императора Николая II кадетского корпуса ДГТУ (Донского государственного технического университета). Обратите внимание: государственного. То есть как бы предполагалось, что памятник Черному барону обозначает для подрастающего поколения новые ориентиры и новых героев с точки зрения именно государства – хотя инициатором его установки вроде бы выступает некая общественная организация.

Причем героев, мягко говоря, неоднозначных. Врангель появился в городе своего детства летом 1919 года уже как генерал Добровольческой армии. На открытии бюста Черному барону в кадетском корпусе выступающие подчеркивали, что белогвардейцы сражались за «Единую и Неделимую Россию». Однако факты (в том числе собственные письма и дневники Врангеля) говорят об обратном. В апреле 1920 года Врангель стал главнокомандующим остатков разбитой белой армии, которые собрались в Крыму. В мае Англия, которая до того поддерживала белогвардейцев, предложила Врангелю сдаться. Лондон начал переговоры с большевиками о гарантиях безопасности для участников белого движения в случае, если они добровольно сложат оружие. Большевики готовы были дать эти гарантии. Однако Франция признала правительство Врангеля и предоставила ему крупный заем. Взамен барон обещал взять на себя полную выплату долгов царского правительства (а это были огромные суммы), причем начать эти выплаты сразу по мере захвата той или иной части территории России. Пропорционально ее размеру. Выплаты должны были производиться хлебом и донбасским углем. Для этого Врангель выходит из Крыма, чтобы захватить Северную Таврию (это часть Херсонской и Запорожской областей, граничащая с Крымом). Он тут же отправляет в Марсель в счет долга пароход, груженый 275 тысячами пудов пшеницы. В его мемуарах есть документ, в котором он просит помощи французского флота в обстреле Одессы. 25 августа 1920 года Врангель издал Воззвание к украинскому народу, в котором заявил о готовности признать независимость Украины. Ранее в мае поляки, вооруженные французами, совместно с петлюровцами заняли Киев. Задачей Врангеля было ударить в тыл Красной армии, чтобы соединиться с поляками на Днепре. При этом он попросил Францию объединить его армию с польской под руководством французского генерала. В июне красные отбили Киев, и тут им в спину ударили врангелевцы.      

Гибель многих белогвардейцев в Крыму тоже на совести Врангеля. 11 ноября 1920 года Реввоенсовет Южного фронта по радио обратился к нему с предложением сложить оружие под гарантии амнистии. Врангель никакого ответа не дал и скрыл это обращение от личного состава своей армии.

Любителям повторять, что Врангель – это такая же часть нашей истории, как Ленин, Сталин и прочие, и его памятник и музей могут привлечь в Ростов туристов, можно напомнить, что и Чикатило – часть истории Ростова. Не хотят ли задуматься об открытии музея и в его честь?

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика